Осенью 2022 года Алматы стал, пожалуй, самым популярным городом для регистрации бизнеса среди русскоязычных фаундеров. Очереди в ЦОН, переполненные коворкинги, Telegram-каналы с пошаговыми инструкциями по открытию ТОО за три дня. По данным Комитета государственных доходов РК, число регистраций юрлиц с участием нерезидентов в отдельных кварталах 2022 года выросло в три-четыре раза относительно аналогичных периодов предыдущего года.
Два года спустя часть из тех, кто тогда приехал, уже ушла дальше — в ОАЭ, Португалию, Сербию. Часть осталась и работает. Разбираю, почему одним подошло, другим нет — и что из этого следует для тех, кто рассматривает Казахстан сейчас.
Казахстан в 2022 году предлагал сочетание, которое трудно было найти в других юрисдикциях одновременно: безвизовый въезд для граждан России на 90 дней без регистрации, русский язык как де-факто рабочий в бизнес-среде, банковская инфраструктура, которая на тот момент ещё работала с российскими контрагентами без существенных ограничений, и скорость регистрации юрлица — ТОО можно было открыть за три-пять рабочих дней.
Добавьте к этому культурную близость, относительно понятное законодательство (Казахстан унаследовал советскую правовую традицию, адаптированную под рыночные реалии), и географическую логику: прямые рейсы, часовой пояс плюс-минус два часа от Москвы, возможность физически присутствовать.
Среди тех, кто приехал, я бы выделил три устойчивых профиля.
Первый — фаундеры IT-продуктов и сервисов с командой в России и клиентами в СНГ. Им нужна была юрисдикция, которая позволяет принимать платежи, платить команде и не создавать лишних вопросов у контрагентов. Казахстан для этой задачи подходил хорошо.
Второй — предприниматели, которые хотели «выйти из России» как можно быстрее, не имея чёткого понимания, куда именно. Казахстан воспринимался как временная точка — пересидеть, осмотреться, принять решение. Для части из них он так и остался временной точкой, только «временно» растянулось на год-два.
Третий — фаундеры с амбициями на западные рынки или западных инвесторов, которые ошибочно считали, что казахстанское юрлицо решит их проблему с международным банкингом и восприятием со стороны европейских и американских партнёров.
Каждый из этих профилей столкнулся с разной реальностью. К чему это привело — разберу в третьем разделе. Но сначала — хронология того, как ситуация менялась.
Осень 2022 — весна 2023. Пик притока. Казахстанские банки — Kaspi, Halyk, Freedom — открывали счета нерезидентам относительно охотно. Транзакции с российскими контрагентами проходили. Ряд банков предлагал карты, которые работали в международных платёжных системах. По данным Forbes Kazakhstan, в этот период Алматы фиксировал рекордный спрос на офисные площади и коворкинги.
Лето 2023 — начало 2024. Ситуация начала меняться. Казахстанские банки под давлением западных корреспондентских банков начали ужесточать комплаенс в отношении клиентов с российскими связями. Ряд банков ввёл дополнительные процедуры верификации для нерезидентов из России. Транзакции с российскими контрагентами стали проходить с задержками или отклоняться. Часть фаундеров столкнулась с заморозкой счетов на период проверки.
Это не было специфически казахстанской историей — аналогичное происходило в Грузии, Армении, Сербии. Казахстан просто оказался в той же волне. Но для тех, кто выбирал юрисдикцию именно из-за банкинга, это стало неприятным открытием.
2024 — начало 2025. Рынок стабилизировался, но на другом уровне. Те, кто остался, адаптировались: часть перешла на работу через казахстанских партнёров-резидентов, часть выстроила многоуровневые структуры. Те, кому нужен был западный банкинг без вопросов, ушли в ОАЭ, Португалию или другие юрисдикции — об этом подробнее в разборе про ОАЭ для собственников из России и Португалию для бизнеса.
Параллельно МФЦА — Международный финансовый центр «Астана» — начал активнее продвигаться как альтернативный трек для тех, кому нужна юрисдикция с английским правом и нулевыми налогами. Но это отдельная история, которая заслуживает отдельного разбора.
Три трека, которые сформировались к 2024 году, — и момент выбора между ними — это и есть ключевая развилка.
К середине 2024 года для фаундера, рассматривающего Казахстан, существовало три принципиально разных пути. Проблема в том, что большинство выбирало первый — не потому что он лучший, а потому что он самый очевидный.
Трек 1: ТОО или ИП в стандартной казахстанской юрисдикции.
Быстро, дёшево, понятно. Минимальный уставный капитал ТОО — 100 тенге (символически). Регистрация через ЦОН или онлайн — три-пять дней. Упрощённый налоговый режим (так называемая упрощённая декларация) — 3% с оборота для малого бизнеса с выручкой до примерно 200 миллионов тенге в год. Стандартный КПН — 20%, НДС — 12%.
Ограничения: банкинг с западными контрагентами — с вопросами (особенно после 2023 года), восприятие со стороны европейских и американских партнёров — нейтральное в лучшем случае, инвесторы из US/EU — практически нет.
Трек 2: МФЦА — Международный финансовый центр «Астана».
Отдельная юрисдикция внутри Казахстана с английским правом, собственным судом (AIFC Court), нулевым КПН и ИПН до 2066 года для резидентов центра. По данным официального сайта МФЦА (aifc.kz), к 2024 году в центре зарегистрировано более 3 500 участников.
Это мощный инструмент — но не для всех. МФЦА ориентирован на финтех, управление активами, профессиональные услуги, венчурные структуры. Порог входа выше: требования к капиталу, бизнес-плану, реальному присутствию. Для фаундера с IT-продуктом на СНГ-рынок это избыточно. Для фаундера, который привлекает институциональные деньги или работает с западными финансовыми структурами, — может быть правильным выбором.
Трек 3: Казахстан как транзит.
Казахстан как временная точка для получения документов, открытия счёта, налаживания логистики — с последующим переездом в целевую юрисдикцию. Этот трек требует честного ответа на вопрос «куда именно я иду» — и большинство фаундеров в 2022 году этого ответа не имели.
Ключевая развилка — не техническая. Это вопрос: зачем мне юрлицо именно здесь? Большинство фаундеров, с которыми я сталкивался в этом контексте, выбирали трек 1 по инерции — потому что так делали все вокруг, потому что это быстро, потому что не хотелось думать дальше. Это и есть структурная ошибка, которую я вижу снова и снова.
Разберу честно, без попытки сделать из Казахстана либо идеальную юрисдикцию, либо провальную.
Кому Казахстан подошёл.
Фаундерам, чья бизнес-модель ориентирована на СНГ-рынок — Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан, Россия. Здесь казахстанское юрлицо — это не компромисс, а логичный выбор: понятная юрисдикция для местных контрагентов, рабочий банкинг внутри региона, налоговая нагрузка ниже российской при упрощённом режиме.
Тем, кому важно физическое присутствие в стране с понятной инфраструктурой и русскоязычной деловой средой. Алматы — реально работающий город для бизнеса: коворкинги, юридические фирмы, бухгалтеры, которые понимают специфику нерезидентов.
Тем, кто использовал Казахстан как транзит осознанно — с чётким планом следующего шага. Для таких фаундеров казахстанский период дал время, документы и возможность спокойно выбрать следующую точку.
Кому не подошёл.
Фаундерам, которым нужен SWIFT без вопросов для работы с европейскими и американскими контрагентами. После 2023 года казахстанский банкинг для нерезидентов с российскими связями стал значительно сложнее. Это не приговор, но это реальность, которую нужно учитывать.
Тем, кто привлекает инвестиции от западных фондов или работает с инвесторами из US/EU. Казахстанское ТОО в этом контексте — не то, что они ожидают увидеть в cap table. МФЦА — частичное исключение, но с оговорками.
Тем, кто хотел «выйти из российской юрисдикции» в глазах западных партнёров. Казахстан в этом смысле не решает задачу: страна воспринимается как часть постсоветского пространства, и это восприятие устойчиво.
Налоговый аспект.
Обсуждал этот вопрос с казахстанским налоговым консультантом, который работает с нерезидентами с 2022 года. Его наблюдение меня не удивило, но стоит его зафиксировать: большинство фаундеров, открывших ТОО в 2022–2023 годах, не разобрались с вопросом налогового резидентства. Они зарегистрировали юрлицо в Казахстане, но сами оставались налоговыми резидентами России — или не понимали, где они резиденты вообще. Это создавало риски двойного налогообложения, которые не были очевидны на старте.
Казахстан и Россия имеют соглашение об избежании двойного налогообложения, но его применение требует правильного структурирования — и это не то, что решается само собой при регистрации ТОО.
Ошибки в структурировании.
Типичная ошибка — открыть ТОО без понимания, как оно встраивается в общую структуру бизнеса. Если у фаундера есть российское ООО, казахстанское ТОО и личные счета в трёх странах — это не структура, это хаос. Хаос, который рано или поздно создаёт проблемы: налоговые, банковские, корпоративные.
Правильный вопрос — не «как открыть ТОО в Казахстане», а «какова моя корпоративная структура целиком, и как казахстанское юрлицо в неё встраивается». Это вопрос, который большинство фаундеров задавали слишком поздно.
Четвёртый фаундер за последний квартал приходит с одним и тем же вопросом: «Я открыл ТОО в Казахстане в 2022 году, теперь не понимаю, что с этим делать». Это не случайность — это паттерн.
Казахстан как юрисдикция — не плохой выбор и не хороший. Это специфический инструмент, который хорошо работает для конкретных задач и плохо — для других. Проблема не в Казахстане, а в том, что большинство фаундеров выбирали его не под задачу, а под обстоятельства.
Три вопроса, которые стоит задать себе до регистрации юрлица в любой юрисдикции — и в Казахстане в частности:
Первый. Кто мои контрагенты и где они? Если это СНГ — Казахстан работает. Если это Европа или США — нужно думать дальше.
Второй. Где я буду физически и где буду налоговым резидентом? Это разные вопросы, и ответы на них должны быть согласованы.
Третий. Это конечная точка или транзит? Если транзит — нужен план следующего шага до регистрации, а не после.
Те фаундеры, которые ушли из Казахстана дальше — в ОАЭ, Португалию, другие юрисдикции — сделали правильный выбор. И те, кто остался, тоже сделали правильный выбор. Просто разный. Разница между ними — не в том, где они оказались, а в том, понимали ли они, зачем.
Если вам интересна сравнительная логика выбора между юрисдикциями — посмотрите разбор про Грузию как транзитную юрисдикцию: там похожая структура вопросов, но другие ответы.
Казахстан — это временная история или устойчивая юрисдикция?
Устойчивая, но с оговорками. Казахстан — суверенное государство с работающей правовой системой и растущей деловой инфраструктурой. Риски — не в нестабильности юрисдикции, а в банковском комплаенсе и в восприятии со стороны западных партнёров. Для бизнеса, ориентированного на СНГ, это не критично. Для бизнеса с западными амбициями — важно учитывать.
А если мне нужен и СНГ-рынок, и западные инвесторы — можно совместить?
Можно, но через структуру. Обычно это выглядит как холдинговая компания в нейтральной юрисдикции (ОАЭ, Кипр, Нидерланды) с операционным юрлицом в Казахстане. Это не сложно, но требует правильного структурирования с самого начала — не переделки через два года.
Что делать, если я уже открыл ТОО и теперь не понимаю, что с этим делать?
Первый шаг — аудит текущей структуры: где юрлица, где счета, где налоговое резидентство, как это всё связано. Второй — понять, соответствует ли текущая структура реальным бизнес-задачам. Третий — либо адаптировать структуру, либо принять осознанное решение о следующем шаге. Это не катастрофа — это рабочая ситуация, которую можно разобрать.
Если этот разбор поднял вопросы по вашей конкретной ситуации — в Telegram я разбираю такие кейсы регулярно. Следующий материал будет про МФЦА отдельно: как он устроен, кому реально подходит, и почему большинство фаундеров либо не знают о нём, либо неправильно его оценивают.
Работаю с фаундерами и собственниками, которые выбирают юрисдикцию под реальную бизнес-задачу, а не под скорость регистрации. Подписывайтесь на канал — там без воды.
→ Telegram-канал Виталия Ветрова
P.S. Выбор юрисдикции — это не разовое решение. Это архитектура, которую придётся жить.
Апрель 2026. Автор — Виталий Ветров, практикующий юрист и эксперт по международному структурированию бизнеса.