Португалия для бизнеса: налоги, регуляция, практика сооснователь: практика

Антон написал в мессенджере в воскресенье вечером. Не «добрый день», не «здравствуйте» — сразу: «Мы с партнёром думаем переехать в Португалию. Слышали, там хорошие налоги. Это правда?»

Я ответил через день. Не потому что был занят — потому что «хорошие налоги» в одном предложении с «переехать» требует паузы. Там было что разбирать.

Это кейс о том, как два сооснователя технологического сервиса перебрались в Лиссабон. Что из этого вышло, где едва не случилась катастрофа с двойным налогообложением и почему Португалия для бизнеса — это не про налоги, а про кое-что другое.

Антон и его партнёр Михаил вместе строили технологический сервис больше восьми лет. Бизнес работал удалённо: команда распределена, клиенты в нескольких юрисдикциях, физического офиса как такового не было уже несколько лет. Оба жили в России, оба думали о переезде — но по разным причинам.

Антон хотел снизить налоговую нагрузку. Он слышал про режим NHR — Non-Habitual Resident, португальский налоговый статус для новых резидентов, который давал льготы на иностранные доходы. Слышал, что ставка на дивиденды из-за рубежа может быть нулевой. Слышал, что Португалия — «налоговый рай для цифровых кочевников». Всё это было правдой — частично.

Михаил хотел другого. Его интересовало качество жизни, европейский паспорт через несколько лет, возможность работать с европейскими клиентами без объяснений про российское юрлицо. Налоги его волновали меньше — он смотрел на горизонт в пять-семь лет.

Оба пришли с запросом «как правильно переехать в Португалию». Но это был один запрос от двух людей с разными целями, разными налоговыми историями и разными паспортами. Что именно значит «правильно» — для каждого из них означало разное.

Это первое, что нужно было разобрать. И это заняло больше времени, чем они ожидали.

Но запрос оказался не тем, что было написано в мессенджере.

На поверхности — вопрос про налоги в Португалии. Под поверхностью — несколько слоёв, каждый из которых требовал отдельного разговора.

Первый слой: режим NHR. На момент нашего разговора режим Non-Habitual Resident ещё работал — он был закрыт для новых заявок с января 2024 года, но тогда окно ещё было открыто. NHR давал налоговым резидентам Португалии, которые не жили там последние пять лет, льготный режим на десять лет: иностранные пассивные доходы (дивиденды, роялти, прирост капитала из ряда источников) могли облагаться по нулевой или сниженной ставке — при соблюдении условий соглашений об избежании двойного налогообложения. Звучит хорошо. Но дьявол — в деталях соглашений.

Второй слой: два паспорта, две истории. Антон и Михаил имели разные налоговые истории. Один из них несколько лет назад получил второй паспорт через инвестиционную программу — это создавало дополнительные вопросы о налоговом резидентстве и о том, как Португалия будет смотреть на его доходы. Второй партнёр был чище в этом смысле, но у него была другая история — активы в нескольких юрисдикциях, которые нужно было учитывать.

Третий слой: корпоративная структура. Бизнес работал через российское юрлицо. Переезд двух ключевых акционеров в Португалию автоматически поднимал вопрос о налоговом резидентстве самой компании — есть риск, что португальские налоговые органы признают её управляемой из Португалии, со всеми вытекающими. Этот вопрос никто не задавал. Его нужно было поставить самому.

Один из партнёров в режим NHR не попадал — это выяснилось не сразу. И это изменило всю логику планирования.

Это выяснилось не сразу. И когда выяснилось — пришлось переделывать половину плана.

Дальше была работа. Не быстрая — несколько месяцев консультаций, переговоров с португальскими юристами и налоговыми советниками, несколько итераций структуры. Три развилки определили итог.

Развилка первая: что делать с российским юрлицом.

Вариант А — оставить всё как есть, переехать физически, получить налоговое резидентство Португалии и работать через российскую компанию. Риск: место эффективного управления. Если оба ключевых акционера и управленца живут в Португалии, принимают решения из Лиссабона — португальская налоговая может счесть компанию португальским резидентом. Это не автоматически плохо, но это неопределённость, которую не хочется.

Вариант Б — полная реструктуризация: ликвидировать российское юрлицо, создать европейскую структуру. Дорого, долго, создаёт налоговые события при передаче активов.

Выбрали гибрид. Российское юрлицо сохранили — но переработали его функцию: оно стало операционной компанией для работы с российскими клиентами и подрядчиками. Для международных клиентов создали отдельную структуру в другой юрисдикции — не в Португалии, это важно. Португальские личные компании партнёров получали дивиденды уже оттуда. Это разделило потоки и убрало риск признания российской компании португальским резидентом.

Это стоило денег на структурирование. Но это была предсказуемая стоимость против непредсказуемого риска.

Развилка вторая: NHR — для кого и для чего.

Антон под режим NHR подходил. Михаил — нет: история с вторым паспортом создавала вопросы, которые португальские юристы не могли разрешить однозначно, и рисковать было нецелесообразно. Для него режим NHR не применялся — он шёл по стандартному португальскому налогообложению.

Это изменило экономику переезда для Михаила. Португалия перестала быть для него налоговой историей — она осталась историей про качество жизни и европейский паспорт. Что, собственно, и было его изначальной целью. Просто теперь это было явно, а не скрыто за общим запросом «хорошие налоги».

Антон получил NHR. Но важно понимать: NHR не означает «платить ноль». Он означает льготный режим на иностранные доходы — при соблюдении условий. Дивиденды из юрисдикции, с которой у Португалии нет соглашения об избежании двойного налогообложения, или из юрисдикции из португальского «чёрного списка» — облагаются по стандартной ставке. Структура должна была это учитывать. Она учитывала.

Развилка третья: сроки переезда и налоговое резидентство.

Это едва не стало катастрофой. Антон планировал переехать в начале года — арендовать жильё, зарегистрироваться, подать на NHR. Михаил хотел переехать позже, через несколько месяцев. Казалось бы, личное дело каждого.

Но: если Антон становится налоговым резидентом Португалии в одном году, а Михаил — в следующем, это создаёт ситуацию, когда в течение нескольких месяцев один партнёр является португальским налоговым резидентом, а второй — российским. В этот период любые дивиденды, выплаченные из общей структуры, попадают под разные налоговые режимы. Плюс — вопрос о том, кто управляет компанией и откуда, становится острее.

Мы синхронизировали переезды. Не в один день — но в один налоговый год, с разрывом в несколько недель. Это потребовало от Михаила скорректировать личные планы. Он согласился — когда понял, зачем.

Третья развилка едва не стоила им двойного налогообложения. Но не стоила — потому что её увидели заранее.

Оба переехали. Оба живут в Лиссабоне — в разных районах, с разным ощущением от города, но оба там.

Налоговая нагрузка снизилась — но не так, как Антон рассчитывал в первом сообщении. Он ожидал «нулевые налоги на дивиденды». Получил — существенно сниженную нагрузку на иностранные доходы в рамках NHR, при правильно выстроенной структуре. Это не ноль. Это значительно меньше, чем было. Разница ощутима — но она требовала структуры, которая стоила денег на создание и требует внимания на поддержание.

Михаил получил то, за чем ехал: европейский образ жизни, возможность работать с европейскими клиентами без лишних вопросов, понятный путь к ПМЖ и паспорту. Налоги у него — стандартные португальские, не низкие. Но он к этому был готов — после того как мы разделили его цели и Антоновы.

Корпоративная структура работает. Российское юрлицо продолжает обслуживать российских клиентов — их стало меньше, но они есть. Международная структура принимает платежи от европейских и других зарубежных клиентов. Дивиденды идут по выстроенной цепочке. Раз в год — аудит структуры: не изменились ли правила, не появились ли новые риски.

Что оказалось мифом: «Португалия — это просто». Это не просто. Это юрисдикция с логикой, с правилами, с бюрократией — медленной и иногда непредсказуемой. Открытие счёта в португальском банке заняло у одного из партнёров четыре месяца. Регистрация компании — быстрее, но тоже не мгновенно. Язык в государственных органах — португальский, и это не формальность.

Налоги снизились. Но не так, как они рассчитывали в воскресенье вечером.

Это четвёртый раз за последние полтора года, когда я вижу одну и ту же структуру запроса: «Португалия — хорошие налоги, хотим переехать». И каждый раз под этим запросом — разные люди с разными целями, разными историями и разными рисками.

Несколько наблюдений, которые работают как чек-лист.

NHR больше не существует в прежнем виде. С января 2024 года режим закрыт для новых заявок. Его заменил IFICI — Incentivo Fiscal à Investigação Científica e Inovação. Условия другие: он ориентирован на конкретные профессии и виды деятельности (исследователи, специалисты в технологических компаниях, стартап-экосистема). Если вы читаете статьи про NHR и думаете применить это к себе — проверьте дату публикации и актуальность режима.

Переезд двух партнёров — это вдвое сложнее переезда одного. Не потому что два человека вместо одного. А потому что две налоговые истории, два паспорта, два набора активов, два набора ожиданий — и всё это нужно синхронизировать с корпоративной структурой. Если вы фаундер и думаете о переезде вместе с партнёром — это отдельная задача, не просто «умножить на два».

Португалия — не налоговая история для всех. Для части людей — да. Для другой части — это история про качество жизни, про европейский паспорт, про доступ к рынку. Смешивать эти цели в одном запросе — значит получить план, который не работает ни для одной из них.

Что нужно проверить до принятия решения:

• Ваше текущее налоговое резидентство и что происходит при его смене
• Структуру владения бизнесом и риск признания компании португальским резидентом
• Соглашения об избежании двойного налогообложения между Португалией и юрисдикциями ваших доходов
• Актуальный статус налоговых режимов — не статьи двухлетней давности, а текущее законодательство
• Банковскую инфраструктуру — это отдельная боль, которую недооценивают

Параллельно вспоминаю другой случай — фаундер из смежной индустрии, который переехал в Португалию без структурирования, рассчитывая на NHR. Выяснилось, что его основной доход шёл из юрисдикции, которая не давала льгот по NHR. Он заплатил стандартные португальские налоги — и потерял несколько месяцев на попытки переструктурировать задним числом. Не катастрофа, но дорогой урок.

Антон получил ответ не в воскресенье. Но получил — и он оказался сложнее, чем «да, там хорошие налоги». Сложнее и точнее.

Режим NHR закрыт — есть ли смысл рассматривать Португалию вообще? Да, есть. Португалия остаётся привлекательной юрисдикцией по ряду причин, не связанных с NHR: стабильная правовая система, членство в ЕС, путь к паспорту через пять лет резидентства, относительно невысокая стоимость жизни по европейским меркам. IFICI — преемник NHR — работает для определённых категорий. Вопрос в том, подходит ли ваша ситуация под эти категории.

Можно ли сохранить российское юрлицо при переезде в Португалию? Можно — но это требует внимания к вопросу места эффективного управления. Если ключевые решения по компании принимаются из Португалии, есть риск, что португальская налоговая признает компанию португальским резидентом. Это не автоматически катастрофа, но это неопределённость. Решение — либо разделить функции компании, либо выстроить структуру так, чтобы управление формально и фактически оставалось в другой юрисдикции.

Что делать, если я вижу у себя похожую ситуацию — два партнёра, думаем о переезде? Начать с разделения целей. Что хочет каждый из вас — и это одно и то же или разное? Потом — аудит текущей корпоративной структуры с точки зрения переезда. Потом — анализ налоговых последствий для каждого партнёра отдельно. Это три разных разговора, и смешивать их в один — значит получить план, который не работает ни для кого.

Если этот кейс читается как твоя история — не обязательно идентично, достаточно сходства по структуре: два партнёра, международная структура, вопрос о переезде или юрисдикции — приходи на разбор.

Работаю с фаундерами и собственниками от 80 миллионов выручки, которые думают о международной структуре, переезде или реструктуризации бизнеса. Беру до 3 заявок в неделю.

Если думаешь, что у тебя всё проще — возможно, так и есть. Но чаще оказывается, что детали сложнее, чем кажется в воскресенье вечером.

hi@vvetrov.com — кто ты, что за бизнес, какая юрисдикция интересует.

P.S. Португалия — не единственный вариант. Иногда правильный ответ — другая страна. Это тоже часть разговора.

Апрель 2026. Автор — Виталий Ветров, практикующий юрист и советник по международным структурам.